Интервью с А. М. Сагалевичем, заведующим лабораторией глубоководных обитаемых аппаратов Института океанологии

Анатолий Михайлович Сагалевич — Герой России, доктор технических наук, заведующий лабораторией глубоководных обитаемых аппаратов Института океанологии имени П. П. Ширшова РАН.

Прочитать биографию

Анатолий Михайлович, здравствуйте! Наше интервью проходит накануне важнейшего события. С 12 мая по 12 августа 2012 года в городе Ёсу (Республика Корея) состоится Всемирная специализированная выставка «ЭКСПО-2012».

Тематика выставки посвящена изучению и сохранению Мирового океана. Российская экспозиция должна стать одной из самых интересных, потому что нашу страну справедливо называют одной из ведущих морских держав. Одна из задач российской экспозиции состоит в том, чтобы продемонстрировать мировому сообществу вклад в изучение морских просторов российских ученых. И, конечно же, важный акцент будет сделан на достижениях глубоководных обитаемых аппаратов (ГОА) «Мир-1» и «Мир-2». Для основных посетителей выставки — корейцев, которые преклоняются перед достижениями науки и техники, эта информация будет чрезвычайно интересна.

Анатолий Михайлович, рассказывая об экспедициях на «Мирах» на чем на Ваш взгляд стоит заострить внимание? Может быть, какие-то погружения были особенно значимыми и важными?

Все погружения, а их почти за 25 лет использования «Миров», было более 1000, я могу назвать важными и значимыми. С помощью «Миров» был проведен обширный комплекс научных исследований в различных районах Атлантического и Тихого океанов, с помощью «Миров» проводились уникальные подводно-технические работы на различных объектах, снимались документальные и художественные фильмы. Все задачи, которые когда-либо ставились перед «Мирами» были решены. Совершенно очевидно, что «Мир-1» и «Мир-2» — лучшие глубоководные обитаемые аппараты нашей эпохи и остаются ими и в настоящее время. Это признано ведущими учеными-океанологами и специалистами-подводниками Мира.

2 августа 2007 года в рамках научной экспедиции «Арктика-2007» под Вашим руководством состоялось погружение глубоководных обитаемых аппаратов «Мир-1» и «Мир-2» с учеными-исследователями на борту на дно Северного Ледовитого океана в точку Северного полюса. Можно ли это событие назвать знаковым в истории ХХI века?

Безусловно. Уже во второй половине ХХ века несколько сотен жителей нашей планеты побывало в космосе, 13 человек побывало на Луне, два человека покорили максимальную глубину океана в Марианской впадине — около 11 000 м. и только в начале ХХI века была покорена северная вершина Земли, расположенная на глубине 4 261 метров под ледяным куполом толщиной 2-2,5 метра.

Это была победа. Победа человеческого разума, воли, смелости, дерзаний, стремлений постичь неизвестное, не покорявшееся никому прежде. Это был прыжок в неизведанное …

Интервью с А. М. Сагалевичем, заведующим лабораторией глубоководных обитаемых аппаратов Института океанологии

«Мир-1» и «Мир-2» в трюме судна «Академик Федоров»

Неужели никому ранее не приходило в голову совершить погружение под лед на дно Северного полюса?

Никому. И основная причина – психологический фактор: ведь надо погрузиться под сплошной покров льда толщиной более 2 метров на глубину более 4 км! В настоящее время такие погружения человека возможны лишь в глубоководных обитаемых аппаратах – миниатюрных автономных, свободно передвигающихся под водой аппаратах. Под лед ходили подводные лодки, перемещаясь над полюсом на глубине до 300 метров. Однако у лодок совершенно другие возможности по сравнению с глубоководными обитаемыми аппаратами.

В отличие от лодок, ГОА имеют ограниченный энергетический ресурс, небольшие скорости передвижения и автономность, а также весьма хрупкую конструкцию легкого корпуса, не предназначенного для контактов с ледовым покровом. На Северном полюсе в любое время года ледовый покров оценивается в 10 баллов по десятибалльной шкале. Единственная возможность для погружения ГОА в этом районе — найти естественную полынью либо сделать ее с помощью ледокола. И, конечно, единственный способ вернуться со дна на борт судна — попасть в ту же полынью, из которой аппарат ушел под воду. Учитывая, что аппарат сносит течением в толще воды, а лед на поверхности дрейфует, расстояние между аппаратом и полыньей при погружении на большие глубины может достигать нескольких миль. При ограниченном энергоресурсе и небольшой скорости такое расстояние может оказаться для ГОА критическим: аппарат не сумеет догнать полынью даже при известном направлении на нее.

Весьма проблематичен на полюсе и выбор правильного направления движения под водой, поскольку показания магнитных и гирокомпасов имеют существенное расхождение с истинными. Поэтому ученые и специалисты-подводники даже не думали о погружениях обитаемых аппаратов в Арктике, тем более на Северном полюсе, где толщина льда даже в летние месяцы достигает 2-2,5 метров.

Интервью с А. М. Сагалевичем, заведующим лабораторией глубоководных обитаемых аппаратов Института океанологии

Аппарат «Мир-1» всплывает подо льдом

Когда у Вас родилась идея погружения в точку Северного полюса?

Эта идея родилась в 1998 году в беседе с моими иностранными коллегами, которые занимались организацией туристических рейсов на ледоколах в Арктику. Вскоре стало ясно, что для организации погружений нужны два судна – мощный атомный ледокол, прокладывающий путь в сплошном ледяном покрове, и судно, способное работать во льдах и выполнять роль носителя аппаратов. Предполагалось, что второе судно должно следовать за атомным ледоколом по проторенному во льдах пути.

Почему между идеей и ее воплощением в жизнь прошло долгих девять лет?

Все это время шли поиски финансирования данного проекта. Одновременно разрабатывалась методика обеспечения безопасности погружений аппаратов в ледовой обстановке. Финансирование проекта предполагалось осуществлять главным образом за счет спонсоров, однако средств постоянно не хватало. И воплощение проекта откладывалось из года в год. Вторая проблема – занятость ледоколов: в летние месяцы они сдавались в аренду, и получить их на короткий период времени в июле-августе было практически невозможно.

Кто сыграл важную роль в данном проекте?

А.Н. Чилингаров – главный полярник России, известный ученый и политический деятель. Во время нашей встречи в 2003 году он пообещал найти финансирование и организовать работу ледокола и второго судна летом 2007 года, который номинировался как Международный полярный год.

В марте 2007 г. у А.Н. Чилингарова стали проводиться регулярные совещания по организации экспедиции с участием представителей Арктического и Антарктического научно-исследовательского института, Института океанологии РАН и Ледокольной службы Мурманского пароходства. Было решено, что в качестве судна носителя аппаратов «Мир» будет использовано научно-исследовательское судно «Академик Федоров», а прокладывать ему путь до Северного полюса будет атомный ледокол «Россия».

А.Н. Чилингаров возглавил эту экспедицию и нашел спонсоров. Ими стали депутат Государственной Думы В.С. Груздев и Ф. Паулсен – предприниматель путешественник и исследователь из Европы.

Интервью с А. М. Сагалевичем, заведующим лабораторией глубоководных обитаемых аппаратов Института океанологии

Артур Чилингаров и Анатолий Сагалевич внутри обитаемой сферы аппарата «Мир-1»

Расскажите о событиях на Северном полюсе 2 августа 2007 года. Ведь этот день стал знаменательным в морской истории России.

В 4 часа утра нашли полынью размером примерно 100х50 м. В ней поместилось наше судно обеспечения, и еще осталась узкая полоска воды шириной 20-25 метров для спуско-подъемных операций с «Мирами».

В 9 ч 20 минут экипаж «Мира-1» (командир Сагалевич, наблюдатели Чилингаров и Груздев) садится в аппарат. Начинается погружение. В 11 ч 59 минут проходим глубину 4 000 метров, до дна остается 260 метров. Включаем забортные светильники. И вот он, желанный миг: мы видим дно!

Впервые в истории человек увидел дно Северного Ледовитого океана в точке географического Северного полюса! Увы, ничего выдающегося: лишь желтовато-бурый осадок, ровный, без углублений и холмиков. Увиденное напоминает лунный ландшафт, который украшают колонии небольших белых актиний. Втроем садимся перед телекамерой, и я сообщаю наверх: «12 часов 11 минут. Аппарат «Мир-1» сел на дно Северного Ледовитого океана в точке географического Северного полюса на глубине 4 261 метр. Благодарю всех участников этого исторического события.»

«Мир-1», хотя и мягко сел на дно, поднял довольно сильную муть, коснувшись осадка. Выйдя из мути на движителях и остановив аппарат, я взял в манипулятор небольшой цилиндр из нержавеющей стали и аккуратно поставил его на дно. В нем – обращение к грядущим поколениям людей, которое, возможно, когда-нибудь опустятся на дно Северного полюса, увидят этот цилиндр и прочтут содержащееся в нем послание.

В этой же точке я отобрал пробы осадка, затем, был поставлен флаг. Красивая и изящная конструкция флага выполнена из титана и акрилового стекла. Акрил держит давление и не меняет своей структуры, титан не коррозирует в морской воде – ведь флаг должен стоять вечно.

Какие чувства и ощущения ваш экипаж испытывал в эти минуты?

Мы испытывали гордость за свою страну. Мы были счастливы, что сумели сделать это великое дело. А ощущения были самые невероятные. Погружение под хрустальный купол льда можно сравнить с полетом на Луну или с первым выходом человека в космос. Я назвал эту операцию выходом в закрытый гидрокосмос.

Как долго «Мир-1» находился на дне и как происходило всплытие?

Мы находились на дне полтора часа, пора было возвращаться к людям, быстрее найти полынью, которая отдрейфовала на неизвестное для нас расстояние.

При всплытии по гидроакустической связи пришло сообщение, что экипаж Международной космической станции (МКС) наблюдает из космоса за операцией на Северном полюсе, восхищается мужеством участников погружения. Потрясающе! Практически прямая связь космоса и гидрокосмоса под ледяным покровом.

Продолжаю всплытие, на глубине 60 м резко ухудшается связь, всплываю до 5-6 м глубины. Слегка коснулись льда, но до конца не всплыли. Нас увидели с «Федорова». Следует серия непонятных, порой противоречащих команд. Я уже понял, где находится аппарат по отношению к судну. Заглубляюсь и прохожу вперед курсом 290 градусов. Кормовая камера показывает, что мы под винтами «Федорова». Они ясно видны на мониторе.

Разворачиваюсь через левый борт и иду в сторону полыньи. Аппарат выносит на поверхность. Нас видят с «Федорова». Снова следуют команды, которые противоречат одна другой. В результате аппарат неожиданно бросает вправо и снова загоняет под лед. Как выяснилось позже, мы попали в сильную струю подруливающего устройства. В результате длительных «рысканий» подо льдом в поисках чистой воды над головой, мы всплыли в полынье в 18 ч 05 м. Прошло 55 минут с момента нашего первого появления на поверхности в небольшом водном пространстве за кормой «Федорова».

«Мир – 1» провел под водой 8 часов 40 минут.

Кто были членами экипажа «Мира-2»? Как прошло их погружение?

Экипаж «Мира-2» был интернациональным. Кроме пилота россиянина Е. Черняева в него вошли швед Ф. Паулсен и австралиец Майк МакДауэлл.

«Мир-2» начал погружение, когда «Мир-1» был на глубине уже 300 метров и опустился на дно пятьюдесятью минутами позже в полукилометре от первого аппарата. Из-за поднявшегося осадка видимость была низкая. По этой причине было принято решение не рисковать и не подходить аппаратам друг к другу. После выполнения научной программы «Мир-2» начал всплытие. Во время которого он также «побродил» вокруг «Федорова» около 50 минут. «Мир-2» всплыл на поверхность, проведя под водой 9 часов 28 минут.

Интервью с А. М. Сагалевичем, заведующим лабораторией глубоководных обитаемых аппаратов Института океанологии
Интервью с А. М. Сагалевичем, заведующим лабораторией глубоководных обитаемых аппаратов Института океанологии

Экипажи аппаратов «Мир-1» (А. Чилингаров, А. Сагалевич, В. Груздев) и «Мир-2» (Ф. Паулсен, Е. Черняев, М. Макдауэлл) перед погружением в точку географического Северного полюса

Когда произошел самый волнительный и запоминающейся момент этой экспедиции?

После того как аппарат подняли и поставили на крышку трюма. Открывая люк и увидел голубое небо. Это самый прекрасный момент – голубое небо в люке символизирует возвращение к людям, к друзьям, к близким…

Нет ничего лучше этого момента! Ради этого стоит жить, ради этого стоит погружаться вновь. Из всего обилия погружений, в которых я участвовал, это было самым драматичным – никогда еще не было небольшой «форточки» над головой вместо необъятной поверхности океана.

Несколько позже я написал песню, в которой попробовал выразить хотя бы частичку эмоций, которые потрясли меня в тот исторический день.

Северный полюс

А. М. Сагалевич, 24 декабря 2009 г.

Расступается лëд
Под тяжëлым ножом ледокола.
Мы прокладываем путь
К самой северной точке Земли.

Белый мишка зовëт,
Нам желая удачи в походе,
Из холодных глубин
Чтоб обратно мы к людям пришли.

Люди гибнут в огне,
Исчезают в пучинах цунами,
Эверест и Памир
Покоряют сквозь сходы лавин.

Аппарат в полынье,
И мы чувствуем: прямо под нами
Открывается мир
Никому недоступных глубин.

Нами движет мечта,
Движет сказочный мир приключений,
Тайны первых открытий,
Покорения новых вершин.

Путь откроет Земля
Нам частичку своих сокровений,
Мы откроем в ней то,
Что пока неизвестно самим.

Мы сидим на оси,
Наблюдаем земное вращенье.
А до взгляда на небо –
Четыре версты.

Их нам надо пройти,
Чтоб отметить свое возвращенье
За окном полыньи
В этом мире, где ждëшь меня ты.